А потом мы ездили в соседнюю деревню на свадьбу. На мотоцикле. Я сначала в люльке сидел. А потом мы какого-то знакомого дяденьку по дороге подобрали. И он в люльку сел. А меня дед впереди себя посадил, и я за руль мотоциклетный держался.

А на свадьбе все танцевали и песни хором пели, как в кино старом. И жених, такой классный парень, подарил мне перочинный ножик. А потом все пошли спать, и дед взял меня спать на сеновал, потому что в доме места не было. И я спал прямо на сене. Оно пахло и щекоталось. И шуршало всё время. И букашки там ползали.

А ещё я один раз ходил с дедом стадо пасти. В деревне стадо все по очереди пасут. И мне деда дал кнутом щёлкнуть. Кнут оказался тяжёлый такой. У меня щёлкнуть и не получилось. Но дед сказал, что следующим летом обязательно получится.

Я это все рассказал. Вижу, Танька рот разинула, завидно ей стало. Сразу задаваться перестала. У неё-то в деревне никто не живёт, вот она и ездит на море. Я бы тоже, конечно, на море съездил с удовольствием. Но на море — только море есть. А в деревне столько всего — я даже половины рассказать не успел.

А ещё я в деревне с соседской Ленкой познакомился, и мы весь месяц классно играли. Но я Таньке про Ленку рассказывать не стал. Потому что, когда Таньке про других девчонок рассказываешь — она злится.

А мама сказала, что зимой мы опять в деревню поедем. На Новый год.

А на море зимой всё равно делать нечего.

Капитан

Очень жаль, конечно, что на Земле почти не осталось неисследованных мест. Если бы я родился сто или, нет, даже триста лет назад, я бы точно стал знаменитым путешественником. А сейчас им очень трудно стать, потому что почти всё уже понаоткрывали. Я вот думаю, может, мне в космонавты пойти? В космосе, ещё много чего неизвестного и загадочного.

Мне папа книжку про космос подарил, и я там прочитал, что, оказывается, до ближайшей звезды, надо лететь много-много лет. Я представил, как я один лечу в ракете много-много лет, и мне стало грустно. И я пошел искать себе будущий экипаж.